Содержание
В тени разделенного Берлина, среди дыма студенческих протестов и звуков полицейских дубинок, зародилось движение, которое на три десятилетия погрузило Западную Германию в спираль насилия. Фракция Красной армии стала зеркалом, в котором отразились все противоречия послевоенного немецкого общества — от неизжитой вины за нацистское прошлое до страха перед коммунистической угрозой с Востока.
Предыстория и социальный контекст
К середине 1960-х годов в ФРГ выросло поколение, не знавшее войны, но остро чувствовавшее её последствия. Молодые немцы, родившиеся в руинах Третьего рейха, предъявляли счет своим родителям за молчаливое соучастие в преступлениях нацизма. Университетские аудитории превратились в арену политических дебатов, где звучали имена Маркса, Мао и Че Гевары.
Война во Вьетнаме стала катализатором антиамериканских настроений. В крупнейших университетских городах Западной Европы прокатилась волна демонстраций против «империалистической агрессии». Западный Берлин, этот остров капитализма в социалистическом море, превратился в эпицентр молодежного бунта. Свободный университет Берлина, задуманный как воплощение демократических идеалов, стал рассадником радикальных идей.
Переломным моментом стало 2 июня 1967 года. В этот день полицейский Карл-Хайнц Куррас застрелил 26-летнего студента Бенно Онезорга во время демонстрации против визита иранского шаха. Выстрел в затылок безоружного пацифиста потряс всю Германию. На похоронах Онезорга молодая женщина по имени Гудрун Энслин произнесла слова, ставшие пророческими: «Они убьют всех нас. Это поколение Освенцима. С людьми, построившими Освенцим, невозможно спорить. Мы должны вооружаться!»
Внепарламентская оппозиция не могла долго оставаться единой. В её рядах наметился раскол между теми, кто верил в возможность изменить систему легальными методами, и теми, кто считал насилие единственным выходом. Стрельба по Онезоргу радикализовала движение, и некоторые бывшие демонстранты основали террористическую группу Фракция Красной армии в 1970 году.
Рождение подполья
Первые акты открытого протеста произошли в апреле 1968 года. Вечером 2 апреля во франкфуртских универмагах Kaufhof и Schneider прогремели взрывы. Никто не пострадал — магазины были закрыты, но материальный ущерб оказался значительным. В информационное агентство позвонила женщина и сообщила: «В универмаге Шнайдера пожар. Если вам интересно, могу сообщить, что это акт политического возмездия».
За поджогами стояли Андреас Баадер и Гудрун Энслин. Баадер, родившийся в 1943 году в Мюнхене, был сыном историка, погибшего на Восточном фронте. В его документах в графе «страна рождения» значился «Третий рейх» — деталь, которая многое говорила о его поколении. Энслин происходила из респектабельной семьи — её отец был видным протестантским теологом, прямым потомком Гегеля. В Тюбингенском университете она изучала германистику, философию и социологию, но академическая карьера её не привлекала.
Встреча Баадера и Энслин произошла в бурлящем политическими страстями Западном Берлине 1967 года. Их объединила не романтическая любовь, а общая ненависть к существующему порядку. Когда кто-то предложил зажечь дымовые шашки в Мемориальной церкви, Баадер заявил, что символ Берлина нужно просто взорвать. Эта радикальность впечатлила Энслин, которая к тому времени уже произнесла свои знаменитые слова о «поколении Освенцима».
Ключевой фигурой в истории RAF стала Ульрика Майнхоф. В 1959 году Майнхоф присоединилась к запрещенной Коммунистической партии Германии и начала работать в журнале konkret, с 1962 по 1964 год занимая пост главного редактора. Её острые статьи в konkret привлекали внимание интеллектуальной элиты страны. Тираж журнала достигал 200 тысяч экземпляров, а гонорары Майнхоф были баснословными для журналиста левого издания. 2 июня 1967 года разоблачения Майнхоф в konkret о соучастии Германии в поддержке династии Пехлеви помогли привлечь студентов на демонстрацию в Западном Берлине против визита шаха Ирана.
Судьба свела Майнхоф с Баадером и Энслин в критический момент. В 1968 году её статьи о поджогах во Франкфурте как протесте против войны во Вьетнаме привели к знакомству с исполнителями, прежде всего с Андреасом Баадером и Гудрун Энслин. К этому времени успешная журналистка и мать двоих детей уже переживала глубокий личностный кризис. Развод с мужем, издателем konkret Клаусом Райнером Рёлем, заставил её по-новому взглянуть на положение женщины в обществе.
Операция «Освобождение» и рождение RAF
14 мая 1970 года стало днём рождения Фракции Красной армии. В этот день произошло событие, перевернувшее историю послевоенной Германии. Андреас Баадер, отбывавший срок за поджоги универмагов, был доставлен в Институт социальных исследований в берлинском районе Далем. Официальная причина — работа над книгой «Организация маргинальной молодёжи» совместно с журналисткой Ульрикой Майнхоф.
В читальном зале института развернулась тщательно спланированная операция. Вооруженные боевики ворвались в помещение. В перестрелке был тяжело ранен сотрудник института Георг Линке. Баадер выпрыгнул из окна первого этажа, за ним последовала Майнхоф. Золотое перо немецкой журналистики, мать-одиночка, воспитывающая двух дочерей-близнецов, в одно мгновение превратилась в государственного преступника номер один.
Побег вызвал шок в немецком обществе. Консервативная пресса немедленно окрестила группу «бандой Баадера-Майнхоф», хотя сами террористы никогда не использовали это название. 5 июня 1970 года в левом журнале «Agit 883» появилась статья под заголовком «Построить Красную армию!». Текст, написанный Гудрун Энслин, стал первым официальным заявлением RAF. В нём говорилось о начале вооруженной борьбы против «свиней из системы» и призыве к революционной молодёжи присоединиться к партизанской войне в городах.
Летом 1970 года костяк будущей RAF отправился в Иорданию. В лагере Организации освобождения Палестины боевики прошли военную подготовку. Инструкторы ФАТХ обучали немцев стрельбе, изготовлению взрывчатки, тактике городской герильи. Культурный шок оказался взаимным — арабские бойцы были поражены раскованным поведением немецких женщин, загоравших топлесс и требовавших равноправия во всём. Баадер конфликтовал с палестинскими командирами, считая их методы устаревшими.
По возвращении в Германию группа приступила к «экспроприациям» — ограблениям банков для финансирования подпольной деятельности. За несколько месяцев было совершено более десятка налётов, принесших сотни тысяч марок. Деньги шли на покупку оружия, аренду конспиративных квартир, изготовление фальшивых документов. RAF стремительно превращалась из кучки радикалов в организованную террористическую сеть.
Майская кампания и арест первого поколения
В мае 1972 года RAF провела серию терактов, вошедших в историю как «майское наступление». 11 мая три бомбы взорвались в штаб-квартире 5-го корпуса армии США во Франкфурте-на-Майне. Погиб подполковник Пол Блумквист, тринадцать человек получили ранения. В заявлении RAF говорилось, что это месть за бомбардировки Вьетнама.
Теракты следовали один за другим. 12 мая бомба взорвалась в полицейском управлении Аугсбурга. 15 мая — в автомобиле судьи Вольфганга Буддеберга, чудом оставшегося в живых. 19 мая взрыв прогремел в издательстве Шпрингера в Гамбурге. 24 мая две бомбы разнесли автостоянку в штабе американской армии в Гейдельберге — трое солдат погибли.
Майская кампания стала апогеем деятельности первого поколения RAF, но она же привела к его краху. Полиция объявила беспрецедентную по масштабам охоту на террористов. К операции были привлечены десятки тысяч полицейских. Фотографии разыскиваемых висели на каждом углу. Награда за информацию достигала астрономических сумм.
1 июня 1972 года удача улыбнулась правоохранителям. Благодаря доносу информатора в гараже во Франкфурте были арестованы Андреас Баадер, Хольгер Майнс и Ян-Карл Распе. При аресте Баадер получил огнестрельное ранение в бедро. Две недели спустя, 15 июня, в Ганновере была схвачена Ульрика Майнхоф. 7 июля арестовали Гудрун Энслин. К концу года практически всё первое поколение RAF оказалось за решёткой.
Штаммхайм: тюрьма-крепость
Для содержания лидеров RAF была выбрана тюрьма Штаммхайм близ Штутгарта. Построенная в 1963 году как учреждение строгого режима, она была дополнительно укреплена. Специально для процесса над террористами рядом возвели новое здание суда стоимостью 12 миллионов марок. Двор накрыли стальной сеткой для защиты от вертолётов. Крышу патрулировали снайперы. Четыреста полицейских несли круглосуточную охрану.
Условия содержания стали предметом ожесточённых споров. RAF утверждала, что заключённые подвергаются «белым пыткам» — сенсорной депривации, изоляции, психологическому давлению. Власти настаивали, что меры безопасности адекватны угрозе. Вопреки обычным правилам, мужчины и женщины содержались на одном этаже, хотя и в разных камерах. Заключённым разрешались встречи с адвокатами, но вся корреспонденция проверялась.
Из тюрьмы лидеры RAF продолжали руководить организацией. Через адвокатов передавались инструкции находившимся на свободе боевикам. Некоторые защитники сами стали членами подполья, используя адвокатскую неприкосновенность для связи между арестованными и действующими ячейками. Клаус Кроассан, Зигфрид Хааг, Арнд Мюллер превратились из юристов в террористов.
Заключённые RAF неоднократно объявляли голодовки, протестуя против условий содержания. Самая трагическая из них закончилась 9 ноября 1974 года смертью Хольгера Майнса. При росте 183 см он весил всего 39 кг на момент смерти. Фотография истощённого тела Майнса облетела всю Европу, став символом мученичества для левых радикалов. Смерть Майнса вызвала множество протестных акций по всей Европе, многие из которых переросли в насилие.
Смерть Ульрики Майнхоф
Процесс над лидерами RAF начался в мае 1975 года в специально построенном здании суда при тюрьме Штаммхайм. Обвиняемые демонстративно отказывались признавать легитимность суда, прерывали заседания политическими заявлениями, объявляли голодовки. Отношения между подсудимыми постепенно ухудшались. Майнхоф всё больше отдалялась от товарищей, особенно от Энслин, которая обвиняла её в слабости и предательстве революционных идеалов.
Утром 9 мая 1976 года надзирательница обнаружила Ульрику Майнхоф мёртвой в камере. Она висела на верёвке, сделанной из полотенца, привязанной к оконной решётке. Высота потолка в камере составляла 4 метра. Официальная версия — самоубийство. Однако многие сторонники RAF заявили об убийстве. На похороны Майнхоф в Берлине пришли тысячи человек. Процессия превратилась в политическую демонстрацию.
Смерть Майнхоф не остановила процесс. Баадер, Энслин и Распе продолжали судебную борьбу. Приговор был вынесен 28 апреля 1977 года — пожизненное заключение для всех троих. Но исполнить его не успели.
Немецкая осень 1977 года
«Немецкая осень» началась 7 апреля 1977 года с убийства генерального прокурора ФРГ Зигфрида Бубака. Когда его «Мерседес» остановился на светофоре в Карлсруэ, к машине подъехал мотоцикл. Пассажир выпустил из автомата 15 пуль. Бубак и два его телохранителя погибли на месте.
30 июля был убит председатель Dresdner Bank Юрген Понто. Убийцей оказалась Сюзанна Альбрехт — крестница Понто. Она пришла в дом банкира с букетом цветов, за ней следовали вооруженные террористы. Понто попытался сопротивляться и был застрелен в собственном доме.
Кульминация наступила 5 сентября. В Кёльне был похищен Ханнс-Мартин Шлейер — президент Союза немецких работодателей, бывший офицер СС. Его охрана была расстреляна, сам Шлейер увезён в неизвестном направлении. Похитители потребовали освобождения 11 заключённых членов RAF, включая лидеров в Штаммхайме.
Канцлер Гельмут Шмидт оказался перед тяжелейшим выбором. Уступить террористам означало создать прецедент, отказаться — подписать смертный приговор Шлейеру. Правительство затягивало переговоры, выигрывая время.
13 октября 1977 года палестинские террористы из Народного фронта освобождения Палестины захватили рейс 181 авиакомпании Lufthansa — Boeing 737 под названием «Ландсхут», выполнявший полёт из Пальма-де-Майорки во Франкфурт с 87 пассажирами и пятью членами экипажа. Террористы назвали себя «Коммандо мученицы Халимы» в честь Бригитты Кульманн, немецкой террористки, убитой во время операции в Энтеббе.
Следующие пять дней самолёт скитался по аэропортам Ближнего Востока. Рим, Ларнака, Бахрейн, Дубай, Аден. В каждом аэропорту разыгрывалась драма — угрозы взорвать самолёт, отчаянные переговоры, отказы в посадке. Апогей наступил в Адене, где командир экипажа Юрген Шуман был застрелен террористами после того, как попытался связаться с властями.
17 октября самолёт приземлился в Могадишо, столице Сомали. Террористы поставили ультиматум — освободить заключённых членов RAF или все заложники погибнут. В это же время в Могадишо тайно прибыл спецназ GSG-9 — элитное антитеррористическое подразделение ФРГ.
Ночь смерти в Штаммхайме
В ночь с 17 на 18 октября 1977 года произошла операция «Огненная магия». Отвлекающий манёвр — подожжённые покрышки перед кабиной. Затем — молниеносный штурм через аварийные выходы. Перестрелка длилась всего пять минут. Трое террористов убиты, один ранен. Все 86 заложников спасены.
Но в эту же ночь, за тысячи километров от Могадишо, в тюрьме Штаммхайм разыгралась другая драма. Около 7:40 утра 18 октября надзиратели обнаружили в камерах тела Андреаса Баадера, Гудрун Энслин и Яна-Карла Распе. Баадер лежал на полу с пулевым ранением в голову, рядом валялся пистолет. Энслин висела на электрическом кабеле, привязанном к оконной решётке. Распе был найден в луже крови с ножевым ранением — он умер позже в больнице.
Ирмгард Мёллер выжила, несмотря на четыре ножевых ранения в грудь. Она утверждала, что это была попытка убийства, а не самоубийства. Официальная версия — коллективное самоубийство после известия о провале операции в Могадишо. Но многие вопросы остались без ответа. Как в одну из самых охраняемых тюрем мира попало оружие? Почему камеры наблюдения «случайно» не работали? Почему следствие велось с такой поспешностью?
«Немецкая осень» закончилась. 19 октября тело Ханнса-Мартина Шлейера было найдено в багажнике автомобиля в Мюлузе, на французской стороне границы. Он был застрелен выстрелом в затылок.
Второе и третье поколения
Гибель лидеров не означала конец RAF. На смену погибшим пришло второе поколение — более жестокое и менее идеологизированное. Многие из них были выходцами из «Социалистического коллектива пациентов» — организации психиатрических больных, считавших капитализм причиной своих душевных недугов.
Второе поколение действовало с 1975 по 1981 год. Они убили генерального прокурора Зигфрида Бубака, банкира Юргена Понто, похитили и убили Шлейера. В 1981 году произошла перестрелка в Карлсруэ, где погиб полицейский. После этого большая часть второго поколения была арестована или бежала в ГДР.
Третье поколение RAF действовало с 1982 по 1998 год. Это были уже не идеалисты 1968 года, а профессиональные террористы, живущие грабежами и убийствами. Они взяли курс на сближение с другими европейскими террористическими группами — французским «Прямым действием», итальянскими «Красными бригадами», бельгийскими «Сражающимися коммунистическими ячейками».
Самым громким терактом третьего поколения стало убийство главы Deutsche Bank Альфреда Херрхаузена 30 ноября 1989 года. Бомба была спрятана в детском велосипеде на обочине дороги. Взрыв разворотил бронированный лимузин. Херрхаузен истёк кровью за несколько минут. В 1991 году был убит Детлев Роведдер, глава ведомства по приватизации восточногерманской собственности.
После падения Берлинской стены выяснилась шокирующая правда — после объединения Германии в 1990 году было подтверждено, что Штази, служба безопасности и разведки Восточной Германии, следила за RAF, а в 1980-х годах предоставила десяти бывшим членам убежище и новые личности. В 1980 году полковник Штази Гарри Даль предложил предоставить международно разыскиваемым террористам новые личности и спрятать их в ГДР. Только несколько сотрудников МГБ, помимо главы Штази Эриха Мильке, были посвящены в операцию.
Члены RAF получали в ГДР новые документы, квартиры, работу. Сюзанна Альбрехт стала «Ингрид Ягер», Зильке Майер-Витт превратилась в «Анжелику Герлах». Они жили обычной жизнью восточногерманских граждан, но под постоянным наблюдением Штази. Некоторых приходилось срочно переселять, когда соседи узнавали их по западногерманскому телевидению.
Конец истории
1990-е годы принесли конец RAF. Падение Берлинской стены лишило организацию идеологической основы и поддержки с Востока. Теракты продолжались, но становились всё более бессмысленными. В 1993 году был убит сотрудник строительной фирмы Герхард Ноймюллер — последняя жертва RAF.
20 апреля 1998 года в редакции нескольких газет пришло письмо. «Сегодня мы заканчиваем этот проект. Городская герилья в виде RAF теперь история», — говорилось в нём. Организация признала поражение: «Мы были на неправильном пути. Борьба за освобождение — это нечто иное, чем то, что мы представляли».
Но история RAF не закончилась роспуском. Даниэла Клетте, Буркхард Гарвег и Эрнст-Фолькер Штауб из третьего поколения скрылись и до сих пор находятся в розыске. В феврале 2024 года 65-летняя Клетте была арестована в Берлине после 30 лет подполья. В её квартире нашли автоматы Калашникова и противотанковый гранатомёт. Двое других до сих пор на свободе.
Эпилог: призраки прошлого
История RAF — это история трагического заблуждения поколения, которое хотело изменить мир, но выбрало для этого самые неподходящие средства. Начав с благородного протеста против нацистского прошлого и американского империализма, они закончили слепым террором, жертвами которого становились случайные люди.
RAF оставила глубокий след в немецком обществе. Она заставила демократическое государство балансировать между защитой граждан и соблюдением гражданских свобод. Она породила дебаты о границах протеста и цене революции. Она стала зеркалом, в котором Германия увидела свои страхи и противоречия.
Сегодня, когда терроризм принял новые формы, история RAF кажется одновременно далёкой и близкой. Молодые люди, готовые убивать и умирать за идею, никуда не исчезли. Изменились только идеи и методы. Урок RAF прост и страшен: дорога в ад вымощена благими намерениями, а насилие порождает только насилие.
В берлинском районе Кройцберг, где когда-то собирались радикалы 1968 года, теперь модные кафе и галереи. На стенах всё ещё можно увидеть граффити со звездой и автоматом — символом RAF. Но это уже не призыв к борьбе, а напоминание о прошлом, которое нельзя забывать, чтобы не повторить.
Источники:
- Aust, Stefan. The Baader-Meinhof Complex. London: The Bodley Head, 2008.
- Becker, Jillian. Hitler’s Children: The Story of the Baader-Meinhof Gang. Philadelphia: J.B. Lippincott, 1978.
- Colvin, Sarah. Ulrike Meinhof and West German Terrorism: Language, Violence, and Identity. Rochester: Camden House, 2009.
- Peters, Butz. Deadly Idealism: The Story of the Baader-Meinhof Gang. New York: Overlook Press, 2004.
- Smith, J. and Moncourt, André. The Red Army Faction: A Documentary History, Volume 1: Projectiles for the People. Montreal: Kersplebedeb Publishing, 2009.
- Varon, Jeremy. Bringing the War Home: The Weather Underground, the Red Army Faction, and Revolutionary Violence in the Sixties and Seventies. Berkeley: University of California Press, 2004.
- Winkler, Willi. Die Geschichte der RAF. Berlin: Rowohlt Verlag, 2005.
Автор статьи: журналист, специалист здравоохранения, Аркадий Штык.
