Социальные иерархии встречаются повсюду. Вспомните школьные истории, где спортсмены становятся самыми популярными. Или большие компании, где главный руководитель принимает ключевые решения, а остальные занимают свои уровни в этой невидимой пирамиде. Такие иерархии не ограничиваются только людьми. Они характерны и для животного мира. Более сильные особи получают доступ к еде быстрее, занимают лучшие территории и имеют больше шансов на размножение. Учёные давно знали, что победы и поражения влияют на положение особи в группе. Но механизмы, с помощью которых мозг регулирует эти процессы, оставались неясными.
Исследователи из Окинавского института науки и технологий решили разобраться в этом вопросе на примере самцов мышей. Они опубликовали работу в журнале iScience и выявили конкретные нейроны, которые, по их мнению, играют ключевую роль в формировании социальной иерархии. Это важный шаг, потому что мозговые схемы у мышей и людей во многом похожи. Значит, такие эксперименты помогут понять и человеческое поведение.
Двух мышей помещали в противоположные концы узкой трубки. Встречаясь в середине, они должны были выяснить, кто отступит. Более доминантная мышь пробивалась вперёд, а другая уступала дорогу. Повторяя этот эксперимент много раз, учёные определили, какие животные устойчиво побеждают, а какие почти всегда отступают. Так выстраивалась иерархия внутри каждой клетки. Далее исследователи сделали интересный ход. Они стали сводить между собой только победителей из разных клеток и, отдельно, только проигравших. Результаты этих новых схваток изменяли положение мышей в их родных коллективах. Если мышь, которая сначала проиграла, одерживала победу, её статус повышался. А лидер, потерпевший поражение, наоборот, терял свой статус.
Руководитель исследования отметил, что в животном мире доминирование не всегда определяется физическими параметрами. Размер и сила — не единственные факторы. Часто решающую роль играет опыт. Побеждавшие особи ведут себя увереннее, а проигравшие становятся более осторожными. Это наблюдение хорошо согласуется с тем, что мы видим у людей. Ведь и в человеческих коллективах уверенность, приобретённая через успехи, может поднять человека выше, а серия неудач — наоборот, отбросить вниз.
Удивительно, но именно эффект проигравшего оказался напрямую связан с работой определённых клеток мозга — холинергических интернейронов. Эти клетки находятся в зоне, называемой базальными ганглиями, а точнее — в её отделе под названием дорсомедиальный стриатум. Обычно эта область известна в связи с болезнью Паркинсона, но она также отвечает за гибкость поведения. То есть помогает организму адаптироваться к новым ситуациям. Учёные удалили эти клетки у некоторых мышей и повторили тесты. Результат оказался поразительным. Мыши, лишённые холинергических интернейронов, больше не становились менее доминантными после проигрышей. У них исчезал эффект проигравшего. Но эффект победителя при этом сохранялся. Это означает, что мозг использует разные цепочки для реакций на победу и на поражение. Вероятно, победы подкрепляются системой вознаграждения, а поражения задействуют более сложные механизмы принятия решений в зависимости от контекста.
Когда человек терпит поражение, он не просто фиксирует неудачу. Он оценивает контекст, обдумывает ситуацию и может решить действовать осторожнее. Или, наоборот, не обращать внимания на прошлый опыт. От того, какие механизмы в мозге активируются, зависит будущее поведение. Такие знания могут пригодиться в самых разных сферах — от психологии и педагогики до корпоративного управления. Если мозг действительно так тонко реагирует на опыт побед и поражений, это открывает путь к новым способам поддержки людей, потерпевших неудачу. Возможно, можно научиться смягчать эффект проигравшего у тех, кто оказался на низших ступенях социальной лестницы.