Исследователи Ливерпульского университета и Университетского колледжа Лондона объединили в одном анализе 19 работ о том, как часто и от чего умирают люди с синдромом дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). Получилось, что риск смерти у них в среднем в 1,7 раза выше, чем у людей без этого диагноза. Статья вышла 19 октября в JAMA Network Open, в расчёт попали данные почти 16 млн человек из Европы, Северной Америки и Азии. Для части авторов это продолжение собственной работы. В январе 2025 года они опубликовали в British Journal of Psychiatry расчёт по британским медицинским картам. У мужчин с диагнозом СДВГ ожидаемая продолжительность жизни оказалась на 4,5–9 лет короче, чем у сверстников без него, у женщин — на 6,5–11 лет. Причин смерти в тех данных не было, и понять, отчего умирали эти люди, исследователи не могли.
Теперь смерти разобраны по причинам. По самоубийствам риск выше почти вдвое, в 1,89 раза, и это самый большой разрыв. От травм, случайных или умышленных, люди с СДВГ погибают в полтора раза чаще. От болезней умирают на 27% чаще. Эта цифра расходится с предыдущим обзором, вышедшим в 2022 году в JAMA Pediatrics. Тот обзор охватывал аутизм и СДВГ, и повышенную смертность от болезней в нём нашли только при аутизме. При СДВГ лишние смерти приходились на несчастные случаи и самоубийства. Данных по болезням в новом обзоре немного, всего три исследования, зато их результаты почти совпали. Команда допускает, что дело в свежих работах, которых в 2022 году ещё не было.
Работы искали в шести научных базах. Отбор прошли исследования 2012–2025 годов: четыре из США, по три — из Канады, Швеции и с Тайваня, по два — из Великобритании, Финляндии и Дании. Чаще всего это национальные регистры и страховые базы, где диагноз берут из медицинских записей. Самая маленькая выборка — 839 человек, самая большая — 2,9 млн. Среди соавторов есть представитель британской благотворительной организации ADHD UK.
Между собой работы сильно расходятся. В Дании по национальному регистру проследили почти 2 млн человек с годовалого возраста до 2013 года. У людей с СДВГ там приходилось 5,85 смерти на 10 тысяч человек в год, у остальных — 2,21, и даже с поправкой на семейные и социальные факторы разница оставалась примерно двукратной. Тайваньские исследователи в работе 2019 года делали поправку в том числе на депрессию, аутизм и зависимости. Превышение у них составило 7%.
Сходятся исследования в одном: смертность при СДВГ выше везде, вопрос только в масштабе. Разброс, по расчётам авторов, почти целиком объясняется различиями самих работ. В одних странах иначе ставят диагноз, в других по-другому устроена медицина, где-то делали поправку на доход, где-то нет. Женщин среди участников всего 36%, хотя у них СДВГ, по новым данным, чаще остаётся незамеченным. Как на риск влияют пол, этническое происхождение и пережитое в детстве жестокое обращение, исследователи предлагают выяснить в следующих работах. Погрешность широкая даже у главной оценки. Реальное превышение может оказаться и около трети, и больше чем двукратным.
Все исследования в обзоре наблюдательные, поэтому причинность они не доказывают. Но объяснения в статье есть, и для каждой причины смерти свои. Самоубийства исследователи связывают прежде всего с сопутствующими расстройствами. Депрессия, тревожность и зависимости при СДВГ встречаются чаще. Люди с этим диагнозом чаще оказываются в изоляции и бедности, сталкиваются со стигмой, а импульсивность может повышать риск ещё сильнее. Отчасти дело может быть и в аутизме, который нередко сопровождает СДВГ.
Смерти от травм объясняют тем, что люди с СДВГ чаще попадают в серьёзные аварии и несчастные случаи. Причина, по мнению авторов, в особенностях внимания и импульсивности, а зависимости этот риск только усиливают. Со смертями от болезней связь косвенная. При СДВГ чаще находят болезни сердца, сосудов и обмена веществ, а люди с этим диагнозом больше курят, хуже едят и хуже спят. Вовремя записаться к врачу, не бросить назначенное лечение — с этим у них тоже бывает труднее из-за проблем с вниманием и самоорганизацией. Сказываются бедность и более низкое образование, из-за которых, считают исследователи, страдает медицинская грамотность. Есть в работе и оговорка про зависимости. Их принято считать личной проблемой человека, но у многих нейроотличных людей это бывает реакцией на среду, где им трудно найти подходящую помощь.
Что многие такие смерти можно предотвратить, писали ещё после прошлого обзора. В 2022 году американские исследователи в комментарии к нему в JAMA Pediatrics предлагали заниматься этим как задачей общественного здравоохранения: рано проверять детей, объяснять терапевтам связь СДВГ с ранней смертью и работать с привычными факторами риска, такими как лишний вес, зависимости, плохое питание, недосып и нехватка движения. Продолжительность жизни, по их словам, поддаётся изменению.
Среди людей с СДВГ те, кто принимал препараты, умирали на четверть реже. Но посчитано это всего по трём исследованиям. На Тайване изучали метилфенидат у детей, в Квебеке наблюдали молодёжь до 25 лет, третья работа шведская. Так что речь в основном о детях и молодых людях. Вдобавок те, кто лечится, могут отличаться от тех, кто не лечится, ещё до всяких таблеток, например доступом к врачам, доходом или тяжестью симптомов. Поэтому авторы прямо предупреждают, что защитного действия препаратов эти данные не доказывают.
Как это выглядит в цифрах, видно по шведской работе, опубликованной в JAMA в 2024 году. Исследователи Каролинского института изучили данные около 149 тысяч человек от 6 до 64 лет, которым впервые поставили диагноз. За два года среди начавших лечение умерли 39 человек из каждых 10 тысяч, среди не начавших — 48. Разницу дали несчастные случаи, отравления и самоубийства, а по болезням значимых отличий не нашлось. Шведские авторы объясняли это тем, что лекарства ослабляют симптомы и людям проще сдерживать импульсы и взвешивать решения. Годом раньше та же группа связала приём этих препаратов с более высоким риском гипертонии и болезней артерий.
Остаётся вопрос, насколько всё это касается людей, которым СДВГ так и не диагностировали. Сравнения в обзоре построены почти целиком на официальных диагнозах. Британская работа 2025 года показала, что диагноз был меньше чем у одного из девяти взрослых с СДВГ, и её авторы тогда сами допускали, что переоценивают разрыв: диагноз, возможно, чаще получают люди, у которых есть и другие проблемы со здоровьем. В пресс-релизе к новому обзору они добавляют, что сильнее всего диагностика может отставать у пожилых, хотя для них вопрос смертности самый насущный.