К концу клинических испытаний у людей, принимавших витамин D2, витамина D3 в крови оказывалось меньше, чем у тех, кто получал плацебо или вовсе ничего. Такой вывод сделали исследователи британского Университета Суррея, Центра Джона Иннеса и Института Квадрам, объединив данные 11 рандомизированных испытаний с участием 655 взрослых. По итоговым замерам разница между группами составила около 18 нмоль/л, по изменению за время приема — около 9 нмоль/л. Метаанализ вышел в журнале Nutrition Reviews в сентябре 2025 года.
В добавках витамин D встречается в двух формах. Эргокальциферол, или D2, производят, облучая ультрафиолетом эргостерол из дрожжей. Колекальциферол, или D3, совпадает с формой, которая образуется в коже под солнцем. Для добавок его обычно получают из ланолина овечьей шерсти, а для тех, кто избегает продуктов животного происхождения, есть D3 из лишайника. Долгое время считалось, что обе формы одинаково поднимают уровень витамина D в крови.
В печени витамин D превращается в 25-гидроксивитамин D, его и определяют в анализе крови. Из D2 получается 25(OH)D2, из D3 — 25(OH)D3, и статус витамина D оценивают по их сумме, общему 25(OH)D. Снижение, которое нашли авторы метаанализа, касается только 25(OH)D3. Общий показатель при этом может расти: по данным Национальных институтов здоровья США (NIH), обе формы повышают 25(OH)D.
Российские клинические рекомендации приводят пороги в нанограммах на миллилитр. В этих единицах найденная разница равна примерно 3,7–7,2 нг/мл, а дефицитом Российская ассоциация эндокринологов считает общий уровень ниже 20 нг/мл. Авторы метаанализа отмечают, что все действующие рекомендации по дефициту и норме ориентируются на общий 25(OH)D, а оптимальные уровни отдельно для D2- и D3-составляющей пока не определены.
Для расчета исследователи просмотрели работы в базе PubMed с 1975 по февраль 2023 года. Из 202 найденных статей в обзор вошли 20, и в 18 из них после приема D2 уровень 25(OH)D3 снижался. Пригодные для метаанализа данные нашлись в 11 испытаниях. Разовые дозы D2 в них составляли от 300 до 50 000 МЕ: семь испытаний давали добавку ежедневно, остальные реже, вплоть до однократного приема. Курсы длились от четырех недель до полугода, D2 получали в виде добавок или с обогащенными продуктами, чаще всего с грибами. Все испытания, кроме одного, проводились на здоровых людях. В пяти из шести работ, где считали изменение за курс, D3 снижался и в контрольной группе, но после D2 падал сильнее.
Ограничения авторы перечисляют сами. Результаты испытаний заметно расходились: показатель разнородности составил 83% и 69% для двух способов расчета. В семи работах из 11 не сообщили, сколько участников выбыло, двойным слепым методом провели восемь. Уровень D3 почти нигде не был главной целью, его фиксировали попутно, изучая другие эффекты D2. Проверка на устойчивость вывод не изменила: если убрать из расчета любое одно испытание, снижение остается статистически значимым.
Почему D2 снижает D3, точно неизвестно. Правдоподобным объяснением авторы называют активацию фермента CYP24A1, или 24-гидроксилазы, с которого начинается распад и 25(OH)D, и активной формы витамина D. Этот фермент включает гормон FGF-23, который выделяет кость в ответ на активную форму витамина, а паратгормон, наоборот, подавляет. Когда добавка поднимает общий уровень 25(OH)D, организм ускоряет его выведение, и под него попадает уже накопленный D3. Вторую возможную причину авторы видят в печени. Фермент CYP27A1, один из тех, что превращают витамин D в 25(OH)D, работает преимущественно с D3, так что две формы могут перерабатываться по-разному.
Похожая связь описана и в обратную сторону. Авторы рандомизированного испытания 2019 года пришли к выводу, что эффект взаимный и прием D3 снижает уровень 25(OH)D2. По их версии, две формы сдерживают друг друга, удерживая общий 25(OH)D в определенных рамках.
О том, чем D3 может отличаться по действию, говорит работа Университета Суррея и Брайтонского университета, опубликованная в журнале Frontiers in Immunology в 2022 году. Здоровые женщины европейского и южноазиатского происхождения 12 зимних недель получали по 15 мкг D2 или D3 в день, а исследователи отслеживали активность генов в крови. Большинство изменений оказались характерны только для одной из форм. Гены, связанные с интерферонами I и II типа, от которых зависит врожденный ответ на бактериальные и вирусные инфекции, активировал только D3. Сами исследователи тогда же указали, что различия нужно проверить в более крупном исследовании.
Собственное действие у D2 есть. В мартовском номере Nutrition Reviews за 2026 год вышел метаанализ группы из Китая, Ирана, Саудовской Аравии и Мексики, объединивший 26 рандомизированных испытаний D2. Добавка снижала уровень паратгормона в среднем на 12,8 пг/мл и повышала кальций крови на 0,15 мг/дл, примерно на 0,04 ммоль/л, а на фосфор не влияла. Эти авторы советуют D2 прежде всего пожилым людям, ссылаясь на низкую цену и доступность. Показатель разнородности по паратгормону у них еще выше, 96%, и заметную часть участников составляли пациенты с болезнями почек, в том числе на диализе.
Справочник NIH для врачей сводит данные так: обе формы повышают 25(OH)D и, по-видимому, одинаково излечивают рахит, большинство этапов их обмена совпадает, но D3, по большинству исследований, поднимает уровень сильнее и дольше его удерживает. Метаанализ 2024 года в журнале Advances in Nutrition нашел преимущество D3 и среди испытаний с ежедневным приемом.
В Великобритании Национальная служба здравоохранения (NHS) советует всем осенью и зимой подумать о приеме 10 мкг витамина D в день, потому что с октября до начала марта солнца не хватает для его выработки в коже. Как пишут авторы метаанализа, почти весь D3 для добавок делают из животного сырья, поэтому производство D2 по-прежнему нужно ради веганов. Назначение D3 в первую очередь, по их мнению, может стать полезной мерой. Помимо D3 из лишайника, появляются и другие варианты. Центр Джона Иннеса, одна из организаций, проводивших метаанализ, в 2022 году описал в Nature Plants томаты с отредактированным геномом, плоды которых накапливают провитамин D3. После часа облучения ультрафиолетом B один такой томат, по данным института, дает столько же витамина D, сколько два средних яйца.
Российская ассоциация эндокринологов в клинических рекомендациях советует лечить дефицит и недостаточность витамина D колекальциферолом, потому что он лучше выводит 25(OH)D в целевой диапазон и удерживает его там. Для профилактики допускаются обе формы. Большая часть России лежит севернее 35-й параллели, и, по данным ассоциации, с ноября по март кожа здесь почти не вырабатывает витамин D. В многоцентровом исследовании российских эндокринологов, опубликованном в 2021 году, дефицит или недостаточность витамина D нашли у 84,2% взрослых участников весной и у 62,4% осенью.
Вредно ли снижение именно D3, если общий уровень витамина D в норме, авторы метаанализа сказать не могут: такие последствия, по их словам, не изучены. Следующим шагом они предлагают провести такой же метаанализ в обратную сторону и выяснить, насколько прием D3 снижает уровень 25(OH)D2.